Ровно 90 лет назад, 10 июля 1936 года народный комиссар тяжелой промышленности СССР Г.К. Орджоникидзе подписал сверхсекретный приказ №195сс о резком наращивании производства боевых отравляющих веществ. В нем предписывалось создание к первому января 1939 года производственных мощностей для годового выпуска 129 тысяч тонн "вещества №6" (под этим кодовым наименованием скрывался иприт). В том числе — 71 тысячи тонн обычного иприта, 40 тысяч тонн — незамерзающего и 18 тысяч тонн — вязкого (желированного).
А также — 25 тысяч тонн люизита, 23 тысячи тонн фосгена, 10,7 тысяч тонн дифосгена, 6 тысяч тонн синильной кислоты, 17 тысяч тонн адамсита, 1800 тонн дифенилхлорарсина и 1000 тонн хлорацетофенона. В общем, ассортимент на любой вкус, как в хорошем универмаге.
Главным химическим арсеналом строителей коммунизма должен был стать возводимый в городе Дзержинске Горьковской области гигантский завод №96 (ныне — ПО "Капролактам"), на котором к началу 1939 года предписывалось запустить производственные комплексы по ежегодному выпуску 40 тысяч тонн иприта, восьми тысяч тонн люизита и трех тысяч тонн фосгена.
Для сравнения можно отметить, что в 1918 году, на который пришелся пик боевого применения химического оружия, его главный американский производитель — Эйджвудский арсенал — выпустил всего-навсего 640 тонн иприта. А во Франции все химические заводы, вместе взятые, в том же году произвели 2190 тонн иприта. То есть, почти в 20 раз меньше годового планового показателя одного только завода №96. Как говорил великий пролетарский поэт, "Я планов наших люблю громадьё, размаха шаги саженьи".
В качестве основного носителя химического оружия в начале 1930-х годов предполагался дальний бомбардировщик Туполева ДБ-1, он же АНТ-36 — военный вариант знаменитой рекордной машины АНТ-25 "Сталинский маршрут", на которой, как известно, Чкалов и Громов через Северный полюс летали в Америку.
Про этот самолет есть статьи в "Википедии" и на ряде авиационных порталов, но в них не сказано главного: основным оружием ДБ-1 были не бомбы, а иприт. Объем крыльевых бензобаков, составлявший на АНТ-25 6100 литров, был сокращен до 4900 литров, а освободившиеся емкости на 1200 литров предназначались для заливки боевых отравляющих веществ и снабжались управляемыми из кабины штурмана выливными клапанами. Помимо этого, самолет мог нести в фюзеляжном бомбоотсеке до тонны обычных бомб.
Оставшегося запаса топлива "химическому бомбовозу" хватало для обеспечения боевого радиуса действия в 2000 километров. То есть, взлетев, например, из Минска, ДБ-1 мог донести свой "ядреный коктейль" до Парижа, Рима или Лондона, не говоря уж про Варшаву, Прагу, Берлин или Будапешт, а потом — вернуться обратно.
Первый АНТ-36 был построен и испытан в 1935 году, то есть задолго до чкаловско-громовских полетов над полюсом. Однако на испытаниях выяснилось, что использовать ипритные баки можно только на высотах не более 200-300 метров, иначе, яд рассеивается в воздухе и разносится ветром, не создавая на земле опасных концентраций. Атаковать с таких высот на огромном (размах крыла — 34 метра) и тихоходном (максимальная скорость — всего 200 км/ч) ДБ-1 было безумием. Его могли легко сбить даже из винтовок.
И тем не менее, 19 экземпляров АНТ-36, все же, были построены, а 10 из них поступили на вооружение спецэскадрильи 11-й Воронежской бомбардировочной авиабригады. Возможно, их собирались применять ночью или использовать для подготовки и тренировки экипажей более совершенных машин.
Однако в дальнейшем в СССР специализированных "химовозов" больше не строили, сделав ставку на химические авиабомбы, и выливные авиационнные приборы ВАП которые можно было подвешивать под обычные бомбардировщики.
Начало строительства административных корпусов и лабораторий 96-го химзавода.
Один из заводских цехов.
АНТ-25 и бомбардировщик ДБ-1. Как видите, внешне он мало чем отличался от рекордной машины.
ДБ-1 в 11-й авиабригаде. Это единственное более-менее качественное фото данной машины, которое мне удалось нйти.
Бомбардировщик СБ в качестве носителя химоружия с двумя выливными авиационными приборами ВАП-500.
Ну и в довесок — пара обложек советских детских книжек 1920-х годов, которые, по-моему, в комментариях не нуждаются.А на заставке — рисунок с коробки настольной игры, выпущенной в СССР в 1926 году.
Комментарии (0)