— Неужели прямо так в лоб и говорили: ты снял антисоветский фильм?
— Не только говорили, но и в документах писали.
— Если картина оказывалась на полке, вам предлагалось ее доработать?
— Если, по мнению начальства, были возможности сделать поправки. Что-то можно было внести для вида. Но те, которые ломали бы картину, я не делал никогда. После «Охоты на лис» меня уволили с «Мосфильма», правда, на три дня. Такая драма была! Но, по сравнению с другими судьбами, это ерунда. Я в течение девяти месяцев сдавал «Парад планет». Начальство применило тогда испытанную систему: не руками чиновников давить картину, а товарищей по цеху. Ничего криминального в «Параде планет» я не видел, хотя понимал, почему фильм бесит начальство. Поправок не делал, поэтому и собрали большой худсовет с участием уважаемых режиссеров. Они размазали картину, топтали ее с чудовищной агрессией. Хотя были люди, которые вели себя достойно: Сергей Бондарчук, Игорь Таланкин, Марлен Хуциев. У каждой картины были свои сложности, но я относился к ним как к этапу работы. Есть съемка, монтаж, а это сдача. Я же понимал недоумение власти, которая получила «Остановился поезд». Она дает деньги, а делается картина как бы против нее. Иногда фильм сдавался в течение нескольких месяцев. Шоу из этого я не устраивал, интервью «вражеским голосам» не давал. Верил, что так или иначе картину удастся сохранить. В общем, все они вырулили в том виде, в каком были сделаны. Единственный шрам — на «Охоте на лис».
***
«Остановился поезд» и «Парад планет» – это принципиально разные картины, они по устройству разные, мы каждый раз начинали с нуля. Я приходил на площадку и подозреваю, что то же самое ощущение было у Миндадзе, когда он садился за первый чистый лист, абсолютно с нуля начинали, категория опыта практически никогда не работала, кроме производства, не более того. Способ работы с актерами, способ работы с оператором, звуковая составляющая картины были абсолютно разные. Например, две картины рядом соседние «Поезд» и «Парад планет». Я думаю, вот эта новизна, которая необходима в развитии, и новизна задач, она во многом сохраняла наш тандем.
***
Страшновато от того, что «Остановился поезд» в этом смысле не устарел. Я его очень редко, но когда бывает по телевизору, если есть возможность краем глаза взглянуть, я смотрю, мне просто интересно, как картина выглядит в контексте всего того, что показывают по телевизору – новости, рекламу, сериалы: мне интересно, как это смотрится. И вдруг я вижу, что там практически ничего не устарело, к сожалению, повторяю.
***
Импульс (для съемок «Остановился поезд») был крайне простой. Дело в том, что мы заканчивали, у нас есть такая картина «Охота на лис», мы заканчивали ее снимать – это был конец 79 года и уже был готов сценарий под названием «Сборы» – это будущий фильм «Парад планет». И мы фактически начинали его пробивать и проталкивать в кабинетах и в Госкино. На самом деле мы должны были снимать эту картину. Но 79 год, финал этого года – это начало афганского мероприятия, афганской войны и фильм «Сборы» был отложен куда-то на куда-то. Мы не стали поднимать скандала: хорошо, отложим на какое-то время. И перед нами стал вопрос, а что вообще говоря, делать, мы не были готовы ни к чему, задел был только в виде «Парада планет». И тогда Миндадзе предложил почитать свой дипломный сценарий под названием «Смерть машиниста». Я почитал этот сценарий, и мы очень плотно поговорили о том, в какую сторону это можно изменить, куда проложить новые рельсы, скажем так, но основа была – дипломный сценарий под названием «Смерть машиниста». И у нас появилась идея снять двухсерийный телевизионный фильм. Но телевидение нам, конечно, забодало этот замысел, который назывался «Диалоги». «Смерть машиниста» страшное название, «Диалоги» как бы нейтральное и это было рабочее название впоследствии картины. И как ни странно, картина была запущена в Госкино. Там тоже были свои нюансы, потому что один из руководителей Госкино был бывший железнодорожник. А я, как ни странно, в этой связи тоже два года образования в железнодорожном техникуме. И мы на этой почве заводили какие-то дискуссии, которые закончились тем, что нам подписали приказ о запуске, что до сих пор для меня загадка. Но самая большая загадка – это как картина вообще сохранилась и в итоге вышла на экран. Это была отдельная сложнейшая история, очень суровая. Картина вышла на экраны на сломе двух времен – брежневской и андроповской. И идея как бы закручивать гайки, а в картине речь идет об этом, помогла ей выстоять.
Вот так она пошла. А что касается как бы первотолчка ответного, то потом получилась какая-то поразительная история: буквально через полгода существования картины на экране в городе под названием Каменск – это условное название нашего города, платформы оторвались и столкнулись с железнодорожным составом. И там началась история практически та же самая, какая была в картине.
Нас приглашали в разные рода коллективы железнодорожников, где обсуждали эту картину и говорили, что надо бороться с недостатками. Что называется, по-советски наивно. Но кому-то из критиков, я не помню, из журналистов принадлежит замечательная фраза, что этот человек, про Борисова, что он приехал с ржавыми ключами открывать проржавевший замок. Это абсолютно точно. И он не понимает, в этом его драма. Он не понимает, герой Борисова не понимает степень проржавелости этого замка.
***
Дело в том, что так получилось, что я в свое время, учась на третьем курсе ВГИК, сделал большую для вгиковских форматов сатирическую комедию, как называли, «Остановите Потапова» по рассказам Григория Горина. Картина получилась, что называется, звонкой, ее премировали, показывали по творческим домам. И она была просмотрена худруком одного из объединений Юлием Яковлевичем Райзманом на творческом отдыхе в Болшево. Он позвонил и предложил досрочно защититься и приходить работать на Мосфильм, чему я был чрезвычайно рад, потому что и так до этого вечный студент был. Я защитился досрочно, но у меня не было в руках готового сценария и вообще готового проекта для постановки на Мосфильм. То, что я предлагал, это все, что называется, сразу отсеялось. И я стал искать сценарий. Я сидел год, не работал, искал сценарий, читал, перечитал огромное количество. Среди них были достаточно интересные сценарии, по которым потом были сделаны приличные картины, но это все было не мое. Можно, конечно, сделать, но это было не мое. И только в тот момент, когда вдруг мне попался в руки и я его прочел сценарий некоего молодого автора Александра Миндадзе под названием «Кто-то должен защищать», я сразу понял, что этот сценарий я буду делать, вот это мое. Я позвонил, мы встретились и выяснилось, что будем работать вместе. Заканчивалась одна картина, начиналась работа над следующим сценарием и так далее. Я долго искал свое и оказалось…
***
Про «Груз-200» Балабанова. Я с большим уважением отношусь к мастерству и профессионализму Алексея Балобанова, но меня чрезвычайно смущает, это, впрочем, не только его касается. Когда я вижу картину или какое-то произведение, в котором я вижу конъюнктурность – это меня смущает. Даже если она сделана высокопрофессионально и талантливо, но я вижу, что она под определенный заказ. И это как-то меня не то, что настораживает, но...
Защитная реакция была включена, когда я посмотрел эту картину. Потому что, как бы это сказать, беды и причины этих бед сегодняшней жизни так в духе времени и в духе, я бы сказал, современной идеологии сваливать все на большевиков, на предыдущее время, мне кажется, не совсем точно. Это может нас всех запутать и сделать непонятным то, что происходит сегодня вокруг.
Существуют беды, которые принесли большевики, причем беды настолько серьезные, что многие из них до сих пор не исчерпаны. Существует и новая власть и новые правители, которые в этом смысле прикладывают достаточно много усилий, чтобы, что называется, нам жизнь малиной не казалась, скажем так.
***
— В ваших фильмах почти всегда присутствуют мистические мотивы. А вам никогда не хотелось снять фильм на религиозную тему?
— А разве фильм «Плюмбум» не связан с верой? Все мои фильмы так или иначе, думаю, связаны с вопросами веры или её отсутствия — как в «Охоте на лис». Поведение Плюмбума — это поведение мальчика, которого лишили веры. Его воспитали в ретортах советской генной инженерии. Фильм «Слуга» получил первый приз экуменического жюри на Берлинском фестивале. Что было удивительно для нас. Но вот жюри поняло: в этой картине речь идёт о вере, о дьяволе.
***
Пять лет тому назад был приглашён в Тбилиси на 30-летие интронизации грузинского Патриарха Илии II. И он на меня произвёл фантастическое впечатление, мощнейшее. Я увидел масштаб его авторитета, почувствовал калибр этой выдающейся личности. И это всё сочетается с очень живым умом, с блестящим чувством юмора. Глубокий, творческий человек. Пишет музыку, стихи. Недавно он отмечал 80-летие.
Нас с женой и наших детей крестил отец Иннокентий Павлов. Замечательный батюшка — живой, весёлый и как образован! Помню его очень глубокую рецензию на мою картину «Время танцора». Вот скоро будем крестить внуков.
***
Когда цена на нефть упадет, дубина начнет гвоздить кого попало, а монстры-властители улетят навсегда
Комментарии (0)