Нет, речь не о том, про что вы подумали, а о событиях более ранних. 15 ноября 1917 года (2 ноября по старому стилю), закончились уличные бои в Москве, ставшие первым крупномасштабным эпизодом российской гражданской войны, спровоцированной большевицким переворотом. И первым сражением в российской столице со времен изгнания польско-литовских интервентов в 1612 году.
После интенсивного артиллерийского обстрела отряды юнкеров студентов и гимназистов оставили занятый ими Кремль и отошли к Александровскому военному училищу, а через несколько часов командир московской Белой гвардии полковник Рябцев ввиду безнадежности дальнейшего сопротивления капитулировал под гарантии безопасности и свободного роспуска для своих людей.
Перед этим большевицкая артиллерия более трех суток била из всех калибров по Кремлю и центральным кварталам города, в которых оборонялись белогвардейцы. Наиболее сокрушительным был огонь тяжелых орудий. Вот цитата из мемуаров большевицкого деятеля В.П. Файдыша:
"Выполняя приказ, поступивший от ВРК 30 октября, большевики Мастерских тяжелой осадной артиллерии («Мастяжарт») сформировали несколько батарей. Одна из них вела огонь с Воробьевых гор. Орудия другой батареи были установлены около Большого театра для обстрела гостиницы «Метрополь». Еще две шестидюймовки (на самом деле — 122-миллиметровки, прим. В.К.) заняли позицию на Швивой горке, в ограде церкви Никиты Мученика. Напротив Никольской башни была установлена гаубица, так как снаряды легких пушек не могли пробить брешь в воротах.
Красногвардейцы Замоскворечья перевезли на набережную у Крымского моста два французских осадных 155-миллиметровых орудия. Правда, с использованием этих пушек возникли определенные трудности — прислуга не успела пройти обучение, поэтому не умела с ними обращаться. Кроме того, французские инструкторы сбежали, прихватив прицелы и специальные таблицы, без которых невозможна точная стрельба. Наводить орудия "на глазок", взялись профессор астрономии П.К. Штернберг, инженер Гопиус и бородатый бригадир-наводчик из Бутиковских казарм".
К сказанному можно добавить, что товарищ Штернберг был не только профессором астрономии, но и "пламенным революционером" с солидным подпольным стажем и партийными кличками "Лунный", "Эрот" (!) и "Гарибальди". Именно он при поддержке членов ВРК Розалии Залкинд ("Землячки") и Николая Муралова настоял на применении тяжелой артиллерии, несмотря на явную угрозу для жителей города и памятников архитектуры.
А вот строки из воспоминаний другого большевика Н.С. Тулякова, озаглавленных "В борьбе за Кремль":
"Своей позицией мы избрали церковь «Никиты мученика» на Швивой горке. Артиллеристы были восхищены выбором позиции. Действительно Кремль виден был, как на ладони. Мы знали, что в малом Николаевском дворце, рядом с Чудовым монастырем, помещался полковник Рябцев со своим штабом. Далее были хорошо видны Спасские ворота и башня с часами, купол здания окружного суда, Василий Блаженный, — словом, в любую точку можно было класть снаряды. (...)
С наблюдательного пункта мы заметили, как после разрыва шрапнели разбежались в разные стороны стоявшие на площади юнкера. На Спасской башне затрещал пулемет. Последовала команда: «По Спасской башне!» Грянул еще выстрел. Когда развеялась пыль, мы увидели в башне зияющую пробоину.
После нескольких выстрелов по Николаевскому дворцу мы перенесли огонь на купол здания окружного суда и Спасскую башню. Один из снарядов метко угодил и разорвался в часах Спасской башни. Больше часы никогда не играли «Коль славен».
Туляков описывает действия двух 48-линейных (122-миллиметровых) полевых гаубиц образца 1909 года, которые обстреливали Кремль с того места, где сейчас стоит одна из сталинских высоток — элитный жилой дом на Котельнической набережной.
Белые в в Москве артиллерии не имели, за исключением двух или трех 57-миллиметровых окопных минометов ФР. За очень малую дальнобойность, не превышавшую 350 метров, красногвардейцы презрительно называли их "плевалками" и не опасались ответного огня.
С полной уверенности можно сказать, что решительное применение большевиками тяжелой артиллерии стало одним из главных факторов их успеха в овладении городом. В дальнейшем они продолжали действовать
.
В октябрьско-ноябрьских боях за Москву красногвардейцы потеряли убитыми от 240 (столько захоронено в братской могиле у кремлевской стены) до примерно 300-350 человек (известно, что многих погибших хоронили родственники на других кладбищах Москвы и Подмосковья). Потери белой гвардии оцениваются в диапазоне от 120 до 180 человек, а жертвы среди мирного населения вообще никто не считал.
На заставке: юнкера на защите Кремля и похороны курсантов военного училища, погибших в московских уличных боях.
Бравый астроном Штернберг командует расстрелом московского Кремля. Картина советских художников В.К. Сергиевского и Н.Я. Евстигнеева.
Одно из двух 155-миллиметровых французскоих длинноствольных осадных орудий де Банжа образца 1877 года, стрелявших по Кремлю от Крымского моста.
Пушка де Банжа (возможно, та же самая, что и на верхних снимках) на огневой позиции возле старого Крымского моста. Вдали справа виден храм Христа Спасителя.
48-линейная облегченная полевая гаубица образца 1909 года. Такие орудия били по Кремлю от церкви Никиты Мученика.
Слева: применявшийся белогвардейцами миномет ФР у кремлевской стены. Справа - такой же миномет в Центральном музее Вооруженных Сил РФ.
Во время боев московские пожарные пытались бороться с огнем.
Беклемишевская башня Кремля со сбитым снарядом навершием и следом от попадания другого снаряда, который не смог пробить насквозь толстую кирпичную кладку.
Чудов монастырь после обстрела.
Николаевский дворец. Видны как минимум три попадания во фронтон. Судя по направлению, огонь велся со стороны Воробьевых гор или Крымского моста.
Попадания в церковь Двенадцати Апостолов и фронтон Николаевского дворца с другого ракурса.
Надвратная икона Спасской башни с пробоинами от шрапнели и Никольская башня после обстрела.
Далее - следы боев в других центральных районах Москвы.
Жилой дом на площади Никитских ворот.
Жилой дом на Тверском бульваре.
Здание Московской городской думы, по которому "работали" трехдюймовки.
Здания с магазинами на Тверской.
Гостиница "Метрополь", по которой красногвардейцы вели огонь от Большого театра. Снимок сделан через два месяца после боев. Пробоины от тяжелых снарядов частично закрыты досками.
Комментарии (0)